Содержание

Эта статья с одной стороны является продолжением эксперимента (уже удавшегося благодаря участию Жени и marias), а с другой будет чем-то вроде центра или корня из цикла статей про предательства. Смысл ее полностью изложен прямо в названии. Но чтобы его понять глубже и конкретнее, стоит описать сами события… выстроить историю. Собрать ее из обрывков неприятных воспоминаний. Мне эта работа видится чем-то похожим на расследование частного детектива. И именно в этой форме хочется предложить ее вашему вниманию. Вы конечно можете сразу заглянуть в конец и узнать, кто же этот преступник «на самом деле», но это будет не спортивно с вашей стороны.

Описанная история полностью вымышлена, все совпадения случайны. И ни один кролик при съемках не пострадал.

Итак, приходит некий клиент Х к психологу Y, и начинает рассказ…

Начинает его с самого конца. О том, что людям нельзя доверять. О том, сколько злости в них скрыто. О том, что стоит только расслабиться и открыться, то тут же найдется кто-нибудь, кто воспользуется моментом и сделает больно. И сделать с этим ничего нельзя, разве что сравнять все с землей и начать заселение этой планеты с чистого листа, уже со здоровыми намерениями, бережно, любя, понимая, заботясь.

Предательство везде, и сделать с этим ничего нельзя

Тут у воображаемого терапевта возникает одновременно волна жалости и сопереживания такому одинокому и покинутому клиенту («любовь и забота так нужны нам всем, без них многое теряет смысл») и некий страх неожиданно оказаться среди тех, кого ему так искренне и непроизвольно хочется сравнять с землей. Терапевт выдерживает паузу, надевает воображаемую каску и кладет еще одну рядом с клиентом (мало ли что), и спрашивает: «А всегда ли ваше отношение к миру было таким беспросветным?»

Если клиент сумел выразить свое отношение к миру и почувствовал себя услышанным, то у него появляется некоторое количество свободного внимания и интереса… «Меня кто-то услышал? Кто здесь? Странно… о, каска, хорошая штука. В ней правда безопаснее. По крайней мере по голове кирпичом или битой сзади не получу.»

А через некоторое время, когда клиент освоился и почувствовал себя в относительной безопасности, его интерес и внимание переключается на речь. В частности на вопрос «А всегда ли так было?». И спустя еще бесконечно неприятное время у клиента выплывает ответ: «Ну не на пустом же месте мое отношение к миру появилось (подробнее ), раньше я был более открыт и доверчив, но люди так часто и болезненно меня предавали, что я потерял надежду. Причем самое обидное, что предавали самые близкие и в самые трудные минуты моей жизни… вот вы бы стали людям после такого доверять?!»

Меня предавали самые близкие в самые трудные минуты

«Ок!», — на это думает психолог: «Теперь для помощи клиенту не нужно менять весь мир на корню, задача стала чуть легче и конкретнее — общение с самыми близкими людьми в трудные моменты.» А потом еще отмечает про себя: «Однажды, если у нас работа зайдет глубоко и отношения с клиентом станут доверительными, со мной может произойти то, что практически без исключений происходило со всеми близкими клиента. Интересно, что именно в такой момент происходит…?!» И уже вслух: «А что именно вы называете предательством?»

А клиент этого вопроса как будто ждет… он-то себе историю этих предательств рассказывал много раз, с дрожью в голосе, со сдавленным криком, с холодной ненавистью: рассказывал про себя и заводился еще больше, рассказывал другим и сталкивался либо со встречными обвинениями, либо c безвольным согласием-присоединением. Рассказывал о том, какие эти близкие распоследние сволочи и твари. Как много самого ценного клиент для них делал всю предыдущую жизнь. Сколько сил на них потратил. Скольких радостей себя лишил ради них. А стоило только клиенту попасть в безвыходное положение и в этом случае решиться на просьбу о помощи, причем просьбу самую элементарную, легко выполнимую… и даже тут эти близкие отвечали отказом. Такая мелочь, и все равно отказ, как будто отношения с клиентом стоили для «близких» меньше грязи в ближайшей канаве. Только последние твари так поступают, и место этим последним тварям прямо в той канаве, где их когда-то клиент подобрал и где так много такой ценной и родной для них грязи. Пусть снова там поживут годик-другой, оценят реально что к чему, а потом уж обратно приползут, никуда не денутся… и тогда разговор с ними будет совсем другой, нежели раньше. Заплатить придется за все! На этой утешительной ноте клиент впервые за долгое время расправляет плечи, глубоко дышит и чувствует свою значимость в собственной вселенной. И немного расслабляется.

Я дал так много заботы и тепла близким, а они ответили равнодушием… черствые, бездушные твари. Они свое еще получат.

В то же самое время терапевт фильтровал поток клиента в поисках ответа на свой вопрос, насколько позволяло расстояние и виртуальные каска с бронежилетом. Оказывается, предательство начинается с отказа на какую-либо незначительную просьбу, за которой у клиента прячется огромное напряжение сил ради заботы о близком. Т.е. клиент делает что-то для близких, жертвует собой и втайне рассчитывает на встречные жертвы с их стороны. И далее вслух: «Похоже до предательства вы очень много трудились над укреплением ваших отношений с близкими и вложили в них столько сил, что лично у вас их почти не осталось… настолько их мало, что какой-то простейший поступок близкого для вас оказывается жизненно важным, решающим. И эти отношения вы тогда считали хорошими, чуть ли не идеальными… Что вы имели в виду, когда называли эти отношения хорошими?»

Клиент, реагируя на последний вопрос: «Ну как же, я заботился, любил, дарил подарки и видел, какую радость близкому человеку приносит моя любовь и забота» или наоборот «Я принимала все и поддерживала его во всем, что он только не задумывал, и видела как он обретает уверенность в своих силах. Что хорошо ему, то хорошо и мне, ведь это укрепляло-развивало нашу семью/дружбу/бизнес (о том, что действительно укрепляет отношения, ) и, естественно, мне также становилось лучше. Не скрою, в некоторой мере я присоединялся к чувствам близкого, но разве не такими должны быть действительно нормальные отношения?»

При напоминании терапевта о том, чем все это закончилось, утешительный образ единения лопается в дребезги, хочется найти хоть какую-то поддержку и на помощь приходит возмущение, ярость, презрение из предыдущего пункта: «Я все для них делал, а они… разве нормальные люди так бы себя повели? Тваааари!» или противоположное «Ну да, раз так со мной поступили, значит я действительно где-то ошибся и должен отвечать за все сам…». После нескольких заходов по привычному кругу столкновения и утешения у клиента начинает возникать неясное чувство беспокойства… «Что это за хорошие отношения, в которых я только даю и ничего взамен не получаю?! Да меня ж используют с самого начала. Как такое могло произойти со мной?»

Я отдал все ценное, что у меня было. У меня ничего не осталось, и меня бросили. В какой момент это началось?.

Терапевт про себя: «хорошо, теперь проблема предательства не безлична, как в начале, и не полностью под контролем третьих лиц (тех, кто предал раньше и предаст в будущем), теперь можно посмотреть, как предательство создается здесь сию секунду между нами двумя.» И вслух: «А как вы узнаете, что о человеке можно заботиться, любить его, вкладывать в него свои силы — или иными словами, что должно произойти, чтобы вы стали (незаметно) отдавать себя ему?»

Клиент: «Нуууу, он должен быть надежным, располагающим к доверию, сильным, способным, щедрым, внимательным, любящим (и еще тыща эпитетов). Мы будем жить в мире и согласии, всегда поймем друг друга с полуслова и между нами никогда не будет этих невыносимых скандалов. Я смогу дать ему столько, что никто другой дать просто не в состоянии…»

Я выбирал тех людей, кто принимал мою сильную веру в НАС. И все равно остался ни с чем. Осталась одна надежда, на вас.

Терапевт, перебивая полет фантазии: «Хммм, а давайте на секунду предположим, что вы выбрали меня как психолога ориентируясь в том числе и на эти описания… тогда вы уже прямо сейчас как-то обо мне заботитесь и растрачиваете себя, считая что наши рабочие отношения в полном порядке. И это очень легко проверить: просто представьте себе, что на этом наша совместная работа прекратится. Как вы себя будете чувствовать в этом случае? Будете ли вы считать уже проделанный нами путь ценным приобретением для себя? Легче ли вам будет сделать следующий шаг для помощи себе или вы опять провалитесь в предательство и будете возмущаться уже в мой адрес?»

Клиент: «Знаете, мне не нравится эта тема, я не хочу даже думать об этом… Вы же психолог, а я клиент, мы работаем, у меня явный прогресс, кроме того меня сейчас гораздо больше волнует случай с коллегой по работе, который…»

Терапевт: «И все же, ваша проблема может быть прямо здесь и сейчас. Что сейчас с вами происходит?»

Клиент: «Я хочу рассказать про коллегу. Он такой (в монологе прошло еще полчаса) и сякой… ну что вы молчите?»

Терапевт: «Все еще жду ответа на вопрос. Без него нет смысла продолжать делать то, что мы делали до этого. Терапия однажды закончится. Останется ли с вами результат нашей совместной работы или все мгновенно исчезнет?

Клиент: «Слушайте, если вы мне отказываетесь помогать, я просто встану и уйду сейчас, не заплатив.»

Терапевт: «Это конечно лучше, чем штаны просиживать впустую, однако отказ заплатить за время консультации будет нарушением нашего договора, этим вы расторгнете наш договор.»

Клиент: «(Долгая пауза) Ну не знаю я. Нет у меня ответа. Отстаньте от меня со своими дурацкими вопросами.»

Терапевт: «Ок!» (и молчит)

Я сейчас верю в нашу работу. И я не хочу думать о том, что она будет впустую. Я в замешательстве.

Терапевт: «Я видел как вы злились, чтобы скрыть свою беспомощность… ни то не другое в вас не доставляет мне радости, однако вы сейчас сделали серьезный шаг вперед… и как ощущения?»

Клиент: «Препоганейшие! Я ничего не могу сделать, а вы сидите, и не хотите мне помочь. Я зол на вас!»

Терапевт: «А на что именно вы злитесь во мне?»

Клиент: «Да любой нормальный человек на вашем месте согласился бы со мной и помог в меру своих сил. А вы издеваетесь. Только последние сволочи так себя ведут… и, похоже, терапевты.»

Терапевт: «Нууу, насколько я помню, с нормальными людьми ваши отношения не сильно-то ладятся. И все же, в чем вам нужна помощь, когда вы говорите, что злитесь?»

Клиент: «Мне страшно ее показать, потому что после этого я останусь один».

Вы разрушаете мою веру в вас. Я в ярости от этого и мне становится страшно.

Терапевт:» Действительно, страшно оставаться наедине со свой злостью и неизвестно чем еще.»

Клиент: «Неизвестно чем еще… Что вы имеете в виду?».

Терапевт:» Вы же чего-то боитесь. Что бы это могло быть?»

Клиент: «Если и вы не сможете мне помочь, то никто не сможет. Я останусь с этим совсем один (голос тускнеет и замедляется), у меня сжимаются челюсти и комок в горле образуется. Холодно что-то. Я сейчас очень маленький и у меня дрожат руки, а ноги ватные.»

Терапевт:» Можете ли вы это чувство еще усилить, дрожать сильнее, ежиться, горло сжимать и… дышать?»

Клиент: » Ууууууууууууууу… в глазах начинает щипать и давление сильно поднялось».

Терапевт:» Это слезы подступают, а вы их не пускаете. Такое случается, когда страшно и больно.»

Клиент издает всхлипывания, глубоко дышит и прячет голову в колени, после чего всхлипывания перерастают в рыдания в голос, звучат обрывки фраз и его тело сотрясает в конвульсиях. Проходит некоторое время… Он замирает, распрямляется и глядит вперед невидящими глазами, слегка пошатываясь.

Я остался ни с чем. И чувства пустоты, страха и боли накрыли меня с головой.

Терапевт:» Что с вами сейчас?»

Клиент: «Я вспомнил, как хотел пойти с родителями в зоопарк, когда они ссорились, просил их об этом, а они обещали сделать это завтра и закрывали дверь с другой стороны, а потом продолжали кричать друг на друга… вскоре после этого они развелись, и о своем обещании так и не вспомнили. А я ждал… и сейчас еще жду. Но это уже никогда не случится.» Тут он глубоко вдыхает и распрямляет плечи… впервые за долгие годы без помощи злобы и возмущения. «Воды хочу… горячей… нет, лучше чаю! У вас есть?»

Терапевт:» Есть, кулер с горячей водой там, а пакетик вооон там. Можете себе сделать.»

Клиент налил себе чаю, пьет… терапевт позволил себе слегка расфокусироваться и уйти в свои воспоминания, оба молчат и никуда не торопятся. Так проходит некоторое время. Клиент оживляется.


Вездесущие британские ученые провели опрос, выясняя, насколько распространен страх измены. Оказалось, что 47% респондентов были уверены, что у их партнеров есть связи на стороне. Они не могли этого доказать и ориентировались на собственные страхи. Результаты того же исследования показали, что реальный процент измен достигает 63%. Так что, если вы задумываетесь, все ли изменяют, и боитесь предательства, статистические основания у вас для этого есть. Но стоит ли отравлять свою жизнь постоянным страхом? Редакция estet-portal.com предлагает избавиться от него навсегда.

  • Почему вас беспокоит, все ли изменяют: причины страхов
  • 5 эффективных способов избавления от страха предательства
  • Главное о страхе измены и способах борьбы с ним

Я ждал что у меня будет семья. Теперь в моей семье появился первый человек — я сам.

Клиент, продолжая: «Я ждал, что моя семья восстановится и все окажется лишь кошмарным сном. И когда взрослым стал, также искал людей, которые подыгрывали мне в моих ожиданиях, присоединялись к моим ожиданиям, что это когда-нибудь само произойдет. Теперь я вижу, что заботясь о других до потери сознания я на самом деле пытался восстановить ту семью, которую потерял. И не замечал за этим сверхжеланием потребности и боль своих близких. Им было со мной не так уж сладко, как я себе представлял. И перекормленные ненужной им заботой они взрывались из-за моей небольшой просьбы и сбегали. Жаль, что так произошло. Как я этого мог не замечать?»

Терапевт:» Хороший вопрос. Но прежде чем к нему переходить, я б хотел вернуться назад к другому вопросу, ответа на который так и не прозвучало. Что останется с вами, если наша работа прекратится прямо сейчас?»

Клиент, скалясь: «И не стыдно вам так меня нагружать, дайте передохнуть хоть немного!»

Терапевт: «Ок, вам нужны силы, чтобы ответить?»

Клиент: «Да нет, просто вы меня раздражаете этим вопросом. Такого подарочка я в качестве результата работы точно не ожидал, и спасибо за вернувшуюся боль у меня вам язык не поворачивается сказать.»

Шел в терапию, думал счастье найду, а оказалось — опыт нашел.

Терапевт: «Мдааа, такая у меня работа, и вы за нее уже заплатили. А > в контракте не прописано, хотя мне приятно их слышать, когда искренне говорят. Похоже на то, что пора подводить некоторые итоги и сравнить их с исходным запросом про предательство.»

Клиент: «Хорошо, давайте попробуем…»

На этом диалог прерву и расскажу историю от третьего лица в хронологическом порядке.

  1. Ребенок сталкивается с какой-то невыносимой проблемой, связанной с отношениями со взрослыми близкими и оказывается беспомощным.
  2. Близкие заняты своими разборками и чтобы ребенок не мешал им обещают что-то утешительное на скорую руку.
  3. Происходит сильная ссора и разрыв между близкими.
  4. Ребенок в ужасе и намертво цепляется за фантазию, которую обещают близкие.
  5. Постепенно конфликт рассасывается, забывается, заталкивается в дальние углы памяти всеми участниками. Фантазия все больше расходится с реальностью, ребенок теряет веру в то, что о его проблеме вспомнят. И ребенку также ничего не остается, кроме как забыть этот кошмар.
  6. Вспоминать ребенку о своих потребностях прямо нельзя (чтобы не напоминать о конфликте), поэтому он гадает и манипулирует. Он думает, что раз обещание не выполняется, то он что-то не так делает. Он старается стать лучше, быть примерным ребенком. Подавляет в себе все неудобные близким чувства, превращается в привлекательную для них вещь.
  7. Ребенок растет, и время от времени в трудные моменты его жизни остатки запертых эмоций из того конфликта вновь выплывают наружу вместе с обещанной фантазией.
  8. Подросший ребенок вместе с болью вспоминает, что ему должны выполнить обещание, и у него растет злость на это предательство. Он чувствует себя вещью, и винит в этом близких. Но прямо об этом не говорит, пока себя контролирует.
  9. В какой-то из особо трудных моментов его злость прорывается и выражается в требовании отдать обещанное. Люди при этом могут быть совершенно другие. Но для сильной злости это не имеет значения. Мир должен, и все, кто в нем живут, должны знать об этом долге.
  10. Наш герой хочет отношений и ищет тех, кто готов принять его как вещь со скрытой в ней болью и злобой (проигнорировать их). И находит их.
  11. Герой заботится о новых близких, растрачивает себя и привычно не получает ничего ценного взамен. Забота близких о нем не приводит к решению, потому что об истинных его потребностях никто уже не в курсе. Силы обеих сторон потихоньку тают. Напряжение копится. Растет груз ожиданий и обещаний.
  12. И однажды происходит взрыв.
  13. Люди, начинавшие удобные отношения с человеком, который всячески делал из себя удобную вещь, сталкиваются «неожиданно» с кучей злобы и «в удивлении» рвут контакты со взбесившимся «чемоданом». Они ожидали комфорта, а получили сильную опасность… уж лучше остаться в живых с ярлыком предателя и проклятиями, чем остаться с таким взрывным человеком… жизнь дороже.
  14. Бывший ребенок тем временем переживает повторение первого разрыва с близкими и убеждается, что его картина мира все тверже, больнее и холоднее. Озлобляется и отчуждается.
  15. После нескольких циклов герой новые отношения начинает сразу с проверок предательства, с демонстрации своей злобы, и естественно убеждается в правильности прогноза: люди не ценят, не понимают и не любят его.
  16. Попытки заводить новые отношения заканчиваются как бесполезные. Человек остается один на один со своим предательством и болью. Смысл заявлять о своих потребностях вообще теряется.
  17. Проблема налицо, других людей рядом нет, и не на кого ее повесить. Если в таком состоянии накопится достаточно отчаяния и решительности, можно идти к психологу.

Ну прочитал. А что самому можно сделать?

Меньше верить обещаниям, раньше замечать свои неудовлетворенные потребности. Вместо ожидания от других, заботиться в меру сил о себе самом. Учиться себя поддерживать. Учиться спрашивать себя/других, что для вас/них важно. Помнить, что слепая вера в обещания ведет к предательству. Делиться тем, чего у тебя много. Учиться просить о том, чего у тебя мало. Учиться выражать безопасно возмущение и злость. Развиваться для себя.

Примечание воображаемого супервизора воображаемому психологу

п.с. только для психологов

Рубрики: Статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *